Ключ во фронтенде публичный. Что мешает постороннему им воспользоваться?
Вот запрос, который стоит отправить своему только что собранному приложению в первую очередь. Возьмите publishable key Supabase из собственного фронтенда, запросите у REST-эндпоинта одну строку таблицы и не входите в систему. Если строка вернулась, остальные пункты вашего списка перед запуском подождут, пока это не исправлено.
Идентификатор проекта (project ref) стоит в начале вашего URL Supabase. Ключ лежит во фронтенде, потому что должен там лежать: браузеру он нужен, чтобы обращаться к базе. В старых проектах он называется anon key. Параметр limit=1 в конце нужен, чтобы вы увидели лишь сам факт ответа и не вываливали таблицу в терминал. Используйте тестовый проект или тестовые данные и запускайте запрос только против собственного проекта.
Это не трюк. Data API рассчитан на вызовы прямо из браузера, и документация Supabase говорит, что publishable key можно безопасно выставлять на веб-странице, в мобильном приложении или в исходном коде. Таблицы и представления, открытые через Data API без Row Level Security (RLS), доступны любой роли с соответствующими правами (grants), то есть с теми правами в базе, которые этой роли выданы.
Поэтому вопрос перед запуском звучит так: что ответит ваша база данных, когда ключ окажется у постороннего. Каждая проверка ниже задаёт этот вопрос по-своему.
Всё это относится к случаю, когда приложение на Lovable хранит данные в Supabase. Собственная документация Lovable по безопасности называет неверно настроенные правила Row Level Security (RLS) частой причиной утечек данных и рекомендует проверять политики перед публикацией и после изменений в аутентификации или структуре базы. Здесь нет утверждений о том, сколько приложений ошибаются в этом месте. Это список того, что стоит проверить.
curl "https://<project_ref>.supabase.co/rest/v1/<table>?select=*&limit=1" \
-H "apikey: <publishable key, or legacy anon key, from your own front end>"Если RLS выключен, таблица открыта, что бы вы ни построили вокруг
Row Level Security, сокращённо RLS, это возможность Postgres, которая позволяет базе решать построчно, кто что может читать или менять. В Supabase правила оформляются как политики, которые вы привязываете к каждой таблице. RLS включён и политик нет: никто не получает строки через API. RLS выключен: написанные вами политики вообще не учитываются.
Рекомендация Supabase умещается в одну строку: включите RLS для каждой таблицы в открытой схеме. Это же первый пункт раздела Database в production-чек-листе безопасности Supabase. Включённый RLS без политик закрывает доступ по умолчанию, и это то, что нужно. Опасно обратное состояние.
Искать такие таблицы вручную не обязательно. Встроенные проверки Supabase (database advisors) отмечают «RLS disabled in public» как ошибку: любой, кто знает URL проекта, может читать, изменять и удалять все данные таблицы. Они же отмечают более тихий вариант: политика есть, но RLS для таблицы так и не включили, и политика ни на что не влияет.
Запустите advisors и исправьте каждую ошибку. Но не останавливайтесь на чистом результате. Advisor проверяет конфигурацию. Он не знает, что таблица вроде notes должна быть закрыта для всех, кроме пользователя, которому принадлежит каждая строка, а именно от этого зависит, утекут ли данные.
Вот самая маленькая полезная политика. Она включает RLS для таблицы notes и позволяет вошедшему пользователю выбирать только строки, где user_id совпадает с его собственным. Она охватывает только чтение. Политики insert, update и delete добавляйте по потребностям приложения: при включённом RLS всё, на что нет политики, отклоняется.
alter table public.notes enable row level security;
create policy "owner reads own notes"
on public.notes for select to authenticated
using ( (select auth.uid()) = user_id );Политика может существовать и всё равно говорить не то
Advisors перечисляют формы, которые создают проблемы: всегда истинное условие вроде USING (true), несколько разрешающих политик на одной таблице, которые вместе дают больше доступа, чем задумано, и политики, ссылающиеся на user_metadata, которые пользователи могут свободно менять.
Случай с user_metadata легко пропустить: проверка «является ли пользователь администратором» естественно выглядит в политике. В руководстве Supabase по RLS сказано, что raw_user_meta_data может обновить сам аутентифицированный пользователь и хранить там данные для авторизации не стоит, а raw_app_meta_data пользователь обновить не может. Читая сгенерированную политику, сначала поищите в ней user_metadata.
Работу выполняют два условия, и блок кода показывает разницу. using определяет, какие существующие строки пользователь может трогать. with check определяет, какие новые или изменённые значения он вправе записать. Политики select и delete используют using, insert использует with check, а update сочетает оба. Для update также нужна соответствующая политика select, иначе он работает не так, как ожидается. Проверяйте select, insert, update и delete по отдельности: таблица, правильно закрытая для чтения, всё равно может принять запись, которую должна отклонить.
И последняя деталь из того же руководства: auth.uid() возвращает null, когда никто не вошёл, поэтому auth.uid() = user_id молча вычисляется как null, и строка никогда не возвращается. Это закрывает доступ, и так нормально. Тем не менее Supabase советует прописывать проверку на null явно, чтобы замысел был виден тому, кто будет править политику следующим.
-- every row is visible to everyone
using ( true )
-- each user sees only their own rows
using ( (select auth.uid()) = user_id )Может ли аккаунт B прочитать данные аккаунта A?
Эту проверку сканер за вас не выполнит, и пропускать её не стоит. Делайте её в собственном приложении, с тестовыми аккаунтами и тестовыми записями. Создайте два обычных аккаунта. От имени аккаунта A создайте запись. Войдя под аккаунтом B, попробуйте прочитать её, изменить и удалить, обращаясь к API напрямую, а не кликая по интерфейсу. Интерфейс может скрыть кнопку. API это безразлично.
OWASP ставит Broken Access Control на первое место в Top 10:2025 и приводит классический сценарий: атакующий меняет параметр, например номер счёта, и попадает в чужой аккаунт. В OWASP API Security Top 10 тот же сбой называется Broken Object Level Authorization, и там отмечено, что такая проверка обычно реализуется на уровне кода. В приложении на Supabase значительная часть этой проверки живёт в ваших политиках, и именно поэтому политики нужно тестировать.
Затем повторите проверку без аккаунта вообще, только с publishable key, и обычным пользователем, который пытается выполнить административное действие. Всё, что вернулось, но не должно было, является уязвимостью, что бы ни показывал интерфейс.
OWASP API Security Top 10 также советует случайные, непредсказуемые идентификаторы записей. Это полезное дополнительное укрепление, а исход по-прежнему решает проверка владельца.
Где ещё данные могут уйти мимо политики?
Сначала ключи. Секретный ключ обходит все политики RLS, поэтому Supabase советует использовать его только в серверных компонентах и никогда не помещать в браузер, поставляемое приложение или систему контроля версий. Устаревший ключ service_role является прежней формой того же секрета, а создание новых ключей не отзывает старые. Поищите оба в репозитории и в собранном фронтенде. Документация Lovable говорит то же со своей стороны: API-ключи и другие секреты нельзя безопасно хранить в клиентском коде, поэтому держите их в Secrets и вызывайте API из серверного кода.
Дальше представления (views). Supabase предупреждает, что представления по умолчанию обходят RLS, потому что обычно создаются пользователем postgres. В Postgres 15 и новее параметр security_invoker = true заставляет представление применять политики базовых таблиц. Advisors отмечают как ошибки представления security definer и представления, раскрывающие auth.users.
Третья дверь: хранилище (Storage). Оно работает через политики на storage.objects, и без политики загрузки отклоняются. Публичный бакет устроен иначе: он уже общедоступен, поэтому проверьте, какие бакеты публичные и что в них лежит. Сервисный ключ полностью обходит политики Storage, и это возвращает нас к первому абзацу.
Что не скажут встроенный сканер и чистый advisor
Пользуйтесь сканерами. В Lovable есть два встроенных сканирования безопасности, а у Supabase есть advisors. Документация Lovable прямо говорит о пределах: эти инструменты помогают выявить типичные проблемы, но не гарантируют полную безопасность, и для приложений с чувствительными данными или критичными функциями она рекомендует дополнительную профессиональную проверку.
Сканер не знает вашего замысла. Он видит, что политика существует, но не знает, что возвраты должны требовать роль администратора, что вебхук обязан проверять отправителя, или что один клиент никогда не должен видеть счёт другого. Production-чек-лист Supabase содержит ту же мысль одним предложением: выясните, как атакующий мог бы злоупотребить вашим приложением, и устраните каждый найденный риск.
Две проверки для платежей и вебхуков, только в тестовом окружении. В запросе оформления заказа измените сумму на 1 и посмотрите, примет ли сервер. Отправьте на URL вебхука POST без подписи и посмотрите, будет ли он действовать. Если сработает любое из двух, сервер доверяет клиенту.
Остальная часть этого чек-листа посвящена гигиене аккаунта и базы, и выполняется быстро: принудительный SSL и сетевые ограничения в настройках базы, многофакторная аутентификация в аккаунте Supabase, более одного владельца организации, включённые подтверждения по email при регистрации и удалённые тестовые номера телефонов. Отметьте их, а время потратьте на вопросы о владельце данных, о которых шла речь выше.
Список в том порядке, в котором его стоит проходить
Семь проверок, по одной в строке. Средний столбец описывает успешный результат. В последнем указано, откуда взято утверждение.
| Проверка | Как выглядит успех | Источник |
|---|---|---|
| Row Level Security для каждой открытой таблицы | Advisors не показывают ошибок «RLS disabled in public», RLS включён для каждой таблицы в открытой схеме. | Руководство Supabase по RLS; database advisors |
| Политики проверены по каждой операции | Select, insert, update и delete работают как задумано, без USING (true) и без user_metadata в политике. | Руководство Supabase по RLS; database advisors |
| Тест двумя аккаунтами | Аккаунт B не может прочитать, изменить или удалить записи аккаунта A через API, а анонимный запрос не получает лишнего. | OWASP Top 10:2025 A01; OWASP API1:2023 |
| Секретные ключи | Нет секретного ключа или service_role ни в браузере, ни в собранном фронтенде, ни в репозитории. | Руководство Supabase по API-ключам; обзор безопасности Lovable |
| Представления и Storage | Представления применяют политики своих таблиц (security_invoker в Postgres 15 и новее), а публичные бакеты содержат только публичные файлы. | Руководство Supabase по RLS; контроль доступа Storage |
| Платежи, вебхуки и административные сценарии | Сервер сам решает, кто что может, а не доверяет значению, присланному клиентом. | OWASP Top 10:2025 A01 |
| Настройки аккаунта и базы | Включены принудительный SSL, сетевые ограничения, MFA, подтверждения по email, есть второй владелец. | Production-чек-лист безопасности Supabase |
Когда помогает второй взгляд глазами атакующего
Если вы предпочитаете передать этот список тому, кто занимается этим профессионально, проверка безопасности приложений, созданных с ИИ охватывает регистрацию и вход, то, кто может читать чьи данные в Supabase или Firebase, открытые ключи, а также платёжные, вебхук- и административные сценарии.
Вы получаете список исправлений в порядке риска с доказательством по каждой проблеме, точное изменение кода, конфигурации или промпта для каждого исправления и короткий созвон, чтобы разобрать результаты. Мне нужны URL приложения, два тестовых аккаунта с разными ролями и, если возможно, доступ на чтение к репозиторию и настройкам бэкенда. Пожалуйста, не отправляйте пароли от продакшена по почте. Проверка стартует от 50 000 ₽.
Проверка сообщает о том, что было проверено. Это не сертификат того, что больше ничего не сломано, и я назову границы работы. Если вы сначала пройдёте семь проверок выше, мы потратим время на вопросы, на которые способен ответить только человек.
Источники
- Документация Supabase: Row Level Security
- Документация Supabase: защита вашего API
- Документация Supabase: API-ключи
- Документация Supabase: контроль доступа в Storage
- Документация Supabase: Database advisors
- Документация Supabase: production-чек-лист безопасности
- Документация Supabase: обзор Data API (REST-эндпоинт)
- Документация Lovable: обзор безопасности
- OWASP Top 10:2025, A01 Broken Access Control
- OWASP API Security Top 10 2023, API1 Broken Object Level Authorization
Нужна такая проверка для вашего продукта?
Проверка безопасности приложений, созданных с ИИ